Часть первая, вторая, третья, четвертая, пятая, шестая, седьмая, восьмая, девятая.
Завтрак у моря и воздух, думается мне такой, каким он и должен быть. Это было утро у впадающей в море Варзуги.
Сегодня нас ждал Александр Борисович в Тоне Тетрина. Мы конечно долго собирались, и, конечно же, не могли не порезвится в песках.
В начале мне казалось что везде засада, что везде можно застрять, стоит только лишь свернуть с накатанной колеи.
Потом осмелел.
Дальше куролесил с ощущением собственного превосходства над природой. Конечно же застрял немного. А чуть позже, двигаясь по "тысяче дорог", припомнились мне логаны и прочие легковушки, которые ездят здесь по необходимости, а не развлечения ради.
Нам пора.
Шикарный грейдер, наверное самый лучший из тех, по которым приходилось ездить. Кажется здесь можно положить стрелку на бок, правда можно стрелкой не ограничиться. Тем временем, большой бурый медведь, перешел на горизонте дорогу…
Мы заглянули на аметистовый берег за сувенирами.
Волнующееся море, синее небо, крик чаек, кривые деревья, зеленая трава, камешки с полудрагоценными кристаллами, медвежата, играющие на берегу в конце концов, все так естественно и гармонично, и в тоже время хрупко и трудновосполнимо. Инородным телом здесь является лишь человек, который глушит свою грохочущую железную телегу, вываливается из ее недр, высыпая пепел с сигареты на мягкий как подушка мох и, почесав живот, изрекает:
"., красота то какая!"…
В Тоне Тетрина нас встретил Александр Борисович и вместе с Дмитрием поведали нам о землях тех, о людях разных, и о Войне Великой.
Поселили в голову мысли разные, а иногда и доселе неведомые. За сим с благодарностью и животом полным отправились в путь.
Ночевали тогда на озере, блеснами без толку раскидываясь.
Завтрак у моря и воздух, думается мне такой, каким он и должен быть. Это было утро у впадающей в море Варзуги.
Сегодня нас ждал Александр Борисович в Тоне Тетрина. Мы конечно долго собирались, и, конечно же, не могли не порезвится в песках.
В начале мне казалось что везде засада, что везде можно застрять, стоит только лишь свернуть с накатанной колеи.
Потом осмелел.
Дальше куролесил с ощущением собственного превосходства над природой. Конечно же застрял немного. А чуть позже, двигаясь по "тысяче дорог", припомнились мне логаны и прочие легковушки, которые ездят здесь по необходимости, а не развлечения ради.
Нам пора.
Шикарный грейдер, наверное самый лучший из тех, по которым приходилось ездить. Кажется здесь можно положить стрелку на бок, правда можно стрелкой не ограничиться. Тем временем, большой бурый медведь, перешел на горизонте дорогу…
Мы заглянули на аметистовый берег за сувенирами.
Волнующееся море, синее небо, крик чаек, кривые деревья, зеленая трава, камешки с полудрагоценными кристаллами, медвежата, играющие на берегу в конце концов, все так естественно и гармонично, и в тоже время хрупко и трудновосполнимо. Инородным телом здесь является лишь человек, который глушит свою грохочущую железную телегу, вываливается из ее недр, высыпая пепел с сигареты на мягкий как подушка мох и, почесав живот, изрекает:
"., красота то какая!"…
В Тоне Тетрина нас встретил Александр Борисович и вместе с Дмитрием поведали нам о землях тех, о людях разных, и о Войне Великой.
Поселили в голову мысли разные, а иногда и доселе неведомые. За сим с благодарностью и животом полным отправились в путь.
Ночевали тогда на озере, блеснами без толку раскидываясь.
Комментариев нет:
Отправить комментарий